СССР      

   СОЮЗ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК  

Категории раздела

Собрания сочинений [32]
Собрания сочинений СССР,

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 25

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Каталог статей

Главная » Статьи » БИБЛИОТЕКА СССР » Собрания сочинений

В. И. ЛЕНИН - Полное собрание сочинений - Том-1 из 55 (1893-1894) - МОСКВА 1967 г. (ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА») Стр. 306-320

 В. И. ЛЕНИН - Полное собрание сочинений - Том-1 из 55 (1893-1894) - МОСКВА 1967 г. (ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА») Стр. 306-320 

 

Страница   [1-17]   [18-24]   [25-36]   .....................   [276-290]   [291-305]   [306-320]

 

Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА»

 

В. И. ЛЕНИН
и порядочной» русской печатью. И потому г. Кривенко не имел никакого права отнести на свой счет то, что относится к народникам. Если же он желал непременно узнать мнение г. Струве о том направлении, которого он сам придерживается, — тогда я удив¬ляюсь, почему он не обратил внимания и не перевел для «Р. Богатства» следующее место из статьи г. Струве:
«По мере того, как идет вперед капиталистическое развитие, — говорит автор, — только что описанное миросозерцание (народническое) должно терять почву. Оно либо
выродится (wird herabsinken) в довольно бледное направление реформ, способное на
* компромиссы и ищущее компромиссов , к чему имеются уже давно подающие надежду
задатки, либо оно признает действительное развитие неизбежным и сделает те теорети-ческие и практические выводы, которые необходимо отсюда проистекают, — другими словами, перестанет быть утопическим».
Если г. Кривенко не догадывается, где это имеются у нас задатки такого направле-ния, которое только и способно на компромиссы, то я посоветовал бы ему оглянуться на «Русское Богатство», на теоретические воззрения этого журнала, представляющие из себя жалкую попытку склеить обрывки народнического учения с признанием капита¬листического развития России, на политическую программу его, рассчитанную на улучшения и восстановления хозяйства мелких производителей на почве данных капи¬талистических порядков .

 

 

 

 

--------------------------------------------------------------
* Ziemlich blasse kompromißfähige und kompromißsüchtige Reformrichtung — по-русски это можно, ка-жется, и так передать: культурнический оппортунизм.
* Жалкое впечатление производит вообще попытка г. Кривенко воевать против г. Струве. Это — ка-кое-то детское бессилие возразить что-нибудь по существу и детское же раздражение. Например, г. Струве говорит, что г. Ник. —он «утопист». Он совершенно ясно указывает при этом, почему он его так называет: 1) потому, что он игнорирует «действительное развитие России»; 2) потому, что он обра-щается к «обществу» и «государству», не понимая классового характера нашего государства. Что же мо-жет возразить против этого г. Кривенко? Отрицает ли он, что развитие наше действительно капиталисти-ческое? говорит ли он, что оно какое-либо другое? — что наше государство — не классовое? Нет, он предпочитает совершенно обходить эти вопросы и со смешным гневом воевать против каких-то, им же сочиненных, «шаблонов». Еще пример. Г. Струве, кроме непонимания классовой борьбы, ставит г. Ник. —о ну в упрек крупные ошибки в его теории, относящиеся к области «чисто экономических фактов». Он указывает, между прочим, что, говоря о незначительности нашего неземледельческого населения, г. Ник. —он «не замечает, что капиталистическое развитие России будет именно сглаживать эту разницу 80% (сельское население России) и 44% (сельск. насел, в Америке): в этом, можно сказать, состоит его исто-рическая миссия». Г. Кривенко, во-первых, перевирает это место, говоря о «нашей» (?) миссии обезземе-лить крестьян, тогда как речь идет просто о тенденции капитализма сокращать сельское население, и, во-вторых, не сказав ни слова по существу (возможен ли такой капитализм, который бы не 
 

- 306 -

 

 

 

ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА» 283

Это вообще одно из наиболее характерных и знаменательных явлений нашей обще-ственной жизни в последнее время — вырождение народничества в мещанский оппор-тунизм.

В самом деле, если мы возьмем содержание программы «Р. Б—ва», — все эти регу-лирования переселений и аренды, все эти дешевые кредиты, музеи, склады, улучшения техники, артели и общественные запашки, — то увидим, что она действительно пользу¬ется громадным распространением во всей «серьезной и порядочной печати», т. е. во всей либеральной печати, не принадлежащей к крепостническим органам или к репти¬лиям . Идея о необходимости, полезности, настоятельности, «безвредности» всех этих мероприятий пустила глубокие корни во всей интеллигенции и получила чрезвычайно широкое распространение: вы встретите ее и в провинциальных листках и газетах, и во всех земских исследованиях, сборниках, описаниях и т. д., и т. д. Несомненно, что, ежели бы это принять за народничество, — успех громадный и неоспоримый.

Но только ведь это совсем не народничество (в старом, привычном значении слова), и успех этот и это громадное распространение вширь достигнуты ценой опошления на¬родничества, ценой превращения социально-революционного народничества, резко оп¬позиционного нашему либерализму, в культурнический оппортунизм, сливающийся с этим либерализмом, выражающий только интересы мелкой буржуазии.

 

 

 

 

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

вел к уменыпению сельского населения?), принимается болтать вздор о «начетчиках» и т. п. См. Приложение П. (На¬стоящий том, стр. 320. Ред.)

- 307 -

 

 

 

 

В. И. ЛЕНИН
Чтобы убедиться в последнем, стоит обратиться к вышеприведенным картинкам разложения крестьян и кустарей, — а картинки эти вовсе не рисуют каких-нибудь еди-ничных или новых фактов, а просто представляют попытку выразить политико-экономически ту «школу» «живоглотов» и «батраков», существование которой в нашей деревне не отрицается и противниками. Понятно, что «народнические» мероприятия в состоянии только усилить мелкую буржуазию; или же (артели и общественные запаш¬ки) должны представить из себя мизерные паллиативы, остаться жалкими эксперимен¬тами, которые с такой нежностью культивирует либеральная буржуазия везде в Европе по той простой причине, что самой «школы» они нисколько не затрагивают. По этой же причине против таких прогрессов не могут ничего иметь даже гг. Ермоловы и Витте. Совсем напротив. Сделайте ваше одолжение, господа! Они вам даже денег дадут «на опыты» — лишь бы отвлечь «интеллигенцию» от революционной работы (подчеркива¬ние антагонизма, выяснение его пролетариату, попытки вывести этот антагонизм на дорогу прямой политической борьбы) на подобное заштопывание антагонизма, прими¬рение и объединение. Сделайте одолжение!
Остановимся несколько на том процессе, который вел к такому перерождению на-родничества. При самом своем возникновении, в своем первоначальном виде, теория эта обладала достаточной стройностью — исходя из представления об особом укладе народной жизни, она верила в коммунистические инстинкты «общинного» крестьянина и потому видела в крестьянстве прямого борца за социализм, — но ей недоставало тео¬ретической разработки, подтверждения на фактах русской жизни, с одной стороны, и опыта в применении такой политической программы, которая бы основывалась на этих предполагаемых качествах крестьянина, — с другой.
Развитие теории и пошло в этих двух направлениях, в теоретическом и практиче-ском. Теоретическая работа была направлена главным образом на изучение той

- 308 -

 

 

 

ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА» 285

формы землевладения, в которой хотели видеть задатки коммунизма; и эта работа дала разностороннейший и богатейший фактический материал. Но этот материал, касаю-щийся преимущественно формы землевладения, совершенно загромоздил от исследова-телей экономику деревни. Произошло это тем естественнее, что, во-первых, у исследо-вателей не было твердой теории о методе в общественной науке, теории, выясняющей необходимость выделения и особого изучения производственных отношений; а во-вторых, — собранный фактический материал давал прямые и непосредственные указа-ния на ближайшие нужды крестьянства, на ближайшие бедствия, угнетающим образом действующие на крестьянское хозяйство. И все внимание исследователей сосредоточи-лось на изучении этих бедствий, малоземелья, высоких платежей, бесправия, забитости и загнанности крестьян. Все это было описано, изучено и разъяснено с таким богатст-вом материала, с такими мельчайшими деталями, что, конечно, если бы наше государ-ство было не классовым государством, если бы политика его направлялась не интере-сами правящих классов, а беспристрастным обсуждением «народных нужд», — оно ты¬сячу раз должно бы убедиться в необходимости устранения этих бедствий. Наивные исследователи, верившие в возможность «переубедить» общество и государство, со-вершенно потонули в деталях собранных ими фактов и упустили из виду одно — поли¬тико-экономическую структуру деревни, упустили из виду основной фон того хозяйст¬ва, которое действительно угнеталось этими непосредственными ближайшими бедст¬виями. Результат получился, естественно, тот, что защита интересов хозяйства, угне¬тенного малоземельем и т. д., оказалась защитой интересов того класса, который дер¬жал в руках это хозяйство, который один только и мог держаться и развиваться при данных общественно-экономических отношениях внутри общины, при данной системе хозяйства страны.

Теоретическая работа, направленная на изучение того института, который должен бы послужить осно-

- 309 -

 

 

 

В. И. ЛЕНИН
ванием и оплотом для устранения эксплуатации, привела к выработке такой програм-мы, которая выражает собой интересы мелкой буржуазии, т. е. того именно класса, на котором и покоятся эти эксплуататорские порядки!
В то же время практическая революционная работа развивалась тоже совсем в не-ожиданном направлении. Вера в коммунистические инстинкты мужика, естественно, требовала от социалистов, чтобы они отодвинули политику и «шли в народ». За осуще¬ствление этой программы взялась масса энергичнейших и талантливых работников, ко¬торым на практике пришлось убедиться в наивности представления о коммунистиче¬ских инстинктах мужика. Решено было, впрочем, что дело не в мужике, а в правитель¬стве, — и вся работа была направлена на борьбу с правительством, борьбу, которую вели одни уже только интеллигенты и примыкавшие иногда к ним рабочие. Сначала эта борьба велась во имя социализма, опираясь на теорию, что народ готов для социализма и что простым захватом власти можно будет совершить не политическую только, а и социальную революцию. В последнее время эта теория, видимо, утрачивает уже всякий кредит, и борьба с правительством народовольцев становится борьбой радикалов за по¬литическую свободу.
И с другой стороны, следовательно, работа привела к результатам, прямо противо-положным ее исходному пункту; и с другой стороны получилась программа, выра-жающая только интересы радикальной буржуазной демократии. Собственно говоря, процесс этот еще не завершился, но он определился, кажется, уже вполне. Такое разви-тие народничества было совершенно естественно и неизбежно, так как в основе док-трины лежало чисто мифическое представление об особом укладе (общинном) кресть-янского хозяйства: от прикосновения с действительностью миф рассеялся, и из кресть-янского социализма получилось радикально-демократическое представительство мел-кобуржуазного крестьянства.

- 310 -

 

 

 

ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА» 287

Обращаюсь к примерам эволюции демократа:

«Надо заботиться о том, — рассуждает г. Кривенко, — чтобы вместо всечеловека не сделаться всероссийской размазней, переполненной только смутным брожением хоро-ших чувств, но неспособною ни на истинное самоотвержение, ни на то, чтобы сделать что-нибудь прочное в жизни». Мораль превосходная; посмотрим, к чему она прилага-ется. «В этом последнем отношении, — продолжает г. Кривенко, — я знаю такой обид-ный факт»: жила на юге России молодежь, «одушевленная самыми лучшими намере-ниями и любовью к меньшему брату; мужику оказывалось всяческое внимание и поч-тение; его сажали чуть ли не на первое место, ели с ним одной ложкой, угощали ва-реньями и печеньями; за все ему платили дороже, чем другие, давали денег — и взай-мы, и «на чай», и просто так себе — рассказывали об европейском устройстве и рабо-чих ассоциациях и т. д. В той же местности жил и один молодой немец — Шмидт, управляющий или, вернее, просто садовник, человек без всяких гуманитарных идей, настоящая узкая формальная немецкая душа (sic??! !)» и т. д. И вот, дескать, прожив 3— 4 года в этой местности, они разъехались. Прошло еще около 20 лет, и автор, посетив край, узнал, что «г. Шмидт» (за полезную деятельность переименованный из садовника Шмидта в г. Шмидта) научил крестьян виноградарству, которое им дает теперь «неко-торый доход» рублей по 75—100 в год, вследствие чего о нем сохранилась «добрая па-мять», а «о господах, только питавших хорошие чувства к мужику и ничего существен-ного (!) для него не сделавших, даже памяти не сохранилось».

Если мы подведем расчет, то окажется, что описанные события относятся к 1869— 1870 гг., т. е. как раз к тому приблизительно времени, к которому относятся попытки русских социалистов-народников перенести в Россию самую передовую и самую круп¬ную особенность «европейского устройства» — Интернационал .

Ясное дело, что впечатление от рассказа г. Кривенко получается слишком уже рез-кое, и вот он спешит оговориться:

- 311 -

 

 

 

В. И. ЛЕНИН
«Я не говорю этим, конечно, — разъясняет он, — что Шмидт лучше этих господ, а говорю, благодаря чему он при всех прочих дефектах оставил все-таки более прочный след в данной местности и в населении. (Не говорю, что лучше, а говорю, что оставил более прочный след, — что это за ерунда?!) Не говорю я также, что он сделал нечто важное, а, напротив, привожу сделанное им, как образчик самого крошечного, попут-ного и ничего ему не стоившего дела, но дела несомненно жизненного».
Оговорка, как видите, очень двусмысленная, но суть дела не в ее двусмысленности, а в том, что автор, противополагая безрезультатность одной деятельности успешности другой, и не подозревает, очевидно, коренного различия в направлении этих двух родов деятельности. В этом вся соль, делающая данный рассказ столь характерным для опре¬деления физиономии современного демократа.
Ведь эта молодежь, рассказывая мужику о «европейском устройстве и рабочих ассо-циациях», хотела, очевидно, поднять этого мужика на переустройство форм общест-венной жизни (может быть, это заключение мое в данном случае и ошибочно, но вся-кий согласится, я думаю, что оно законно, так как неизбежно следует из вышеприве-денного рассказа г. Кривенко), хотела поднять его на социальную революцию против современного общества, порождающего такую безобразную эксплуатацию и угнетение трудящегося — наряду с всеобщим ликованием по поводу всевозможных либеральных прогрессов. А «г. Шмидт», как истый хозяин, хотел только помочь другим хозяевам устроить свои хозяйские дела — и ничего больше. Ну, как же можно сравнивать, со-поставлять эти две деятельности, направленные в диаметрально противоположные сто-роны? Ведь это же все равно, как если бы кто-нибудь стал сравнивать неуспех деятель-ности лица, старавшегося разрушить данную постройку, с успехом деятельности того, кто хотел ее укрепить! Чтобы провести сравнение, имеющее некоторый смысл, надо было посмотреть, почему так неудачна была попытка этой молодежи,

- 312 -

 

 

 

ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА» 289

которая шла в народ, поднять крестьян на революцию, — не потому ли, что она исхо-дила из ошибочного представления, будто именно «крестьянство» является представи-телем трудящегося и эксплуатируемого населения, тогда как на самом деле крестьянст-во не представляет из себя особого класса (— иллюзия, объяснимая разве только отра-женным влиянием эпохи падения крепостного права, когда крестьянство действительно выступало как класс, но только как класс крепостнического общества), так как внутри его самого складываются классы буржуазии и пролетариата, — одним словом, нужно было разобрать старые социалистические теории и критику их социал-демократами. А г. Кривенко из кожи лезет, вместо этого, доказывая, что дело «господина Шмидта» — «дело несомненно жизненное». Да помилуйте, почтеннейший г. «друг народа», к чему вы ломитесь в отворенную дверь? кто же сомневается в этом? Устроить виноградник и получать с него 75—100 руб. дохода — что может быть в самом деле жизненнее?

И автор принимается разъяснять, что если один хозяин устроит у себя виноградник, — то это будет разрозненная деятельность, а если несколько хозяев — то обобщенная и распространенная деятельность, превращающая маленькое дело в настоящее, правиль-ное, как, например, А. Н. Энгельгардт не только у себя применял фосфориты, а и у других ввел фосфоритное производство.

Не правда ли, как этот демократ великолепен!

Еще пример возьмем из области суждений о крестьянской реформе. Как относился к ней демократ вышеуказанной эпохи нераздельности демократизма и социализма, Чер-нышевский? Не будучи в состоянии открыто заявлять свои мнения, он молчал, а обиня¬ками характеризовал подготовлявшуюся реформу таким образом:

 

 

 

 

--------------------------------------------------------------

Попробовали бы с предложением этого «жизненного» дела сунуться к той молодежи, которая рас-сказывала мужику о европейских ассоциациях! Как бы они вас встретили, какую бы дали вам прекрас-ную отповедь! Вы бы так же стали смертельно бояться их идей, как теперь боитесь материализма и диа-лектики!

- 313 -

 

 

 

В. И. ЛЕНИН
«Предположим, что я был заинтересован принятием средств для сохранения прови-зии, из запаса которой составляется ваш обед. Само собой разумеется, что если я это делал собственно из расположения к вам, то моя ревность основывалась на пред-положении, что провизия принадлежит вам и что приготовляемый из нее обед здоров и выгоден для вас. Представьте же себе мои чувства, когда я узнаю, что провизия во-все не принадлежит вам и что за каждый обед, приготовленный из нее, берутся с вас деньги, которых не только не стоит самый обед (это писано до рефор¬мы. А гг. Южаковы теперь уверяют, что основной принцип ее обеспечить крестьян!!), но которых вы вообще не можете платить без крайнего стес¬нения. Какие мысли приходят мне в голову при этих столь странных открытиях?.. Как я был глуп, что хлопотал о деле, для полезности которого не обеспечены условия! Кто кроме глупца может хлопотать о сохранении собственности в известных руках, не удостоверившись предварительно, что собственность достанется в эти руки и достанется на выгодных условиях? ... Лучше пропадай вся эта провизия, которая приносит только вред любимому мною человеку! Лучше пропадай все дело, которое приносит вам только разорение !»
Я подчеркиваю те места, которые рельефнее показывают глубокое и превосходное понимание Чернышевским современной ему действительности, понимание того, что такое крестьянские платежи, понимание антагонистичности русских общественных классов. Важно отметить также, что подобные чисто революционные идеи он умел из-лагать в подцензурной печати. В нелегальных своих произведениях он писал то же са-мое, но только без обиняков. В «Прологе к прологу» Волгин (в уста которого Черны-шевский вкладывает свои мысли) говорит:
{{Пусть дело освобождения крестьян будет передано в руки помещичьей партии. Разница не велика» , и

 

 

 

 

----------------------------------------------------------------
Цитирую по статье Плеханова: «Н. Г. Чернышевский» в «Социаль-Демократе»87.

- 314 -

 

 

 

ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА» 291

на замечание собеседника, что, напротив, разница колоссальная, так как помещичья партия против наделения крестьян землей, он решительно отвечает:

«Нет, не колоссальная, а ничтожная. Была бы колоссальная, если бы крестьяне по-лучили землю без выкупа. Взять у человека вещь или оставить ее человеку — разница, но взять с него плату за нее — все равно. План помещичьей партии разнится от плана прогрессистов только тем, что проще, короче. Поэтому он даже лучше. Меньше про-волочек, вероятно, меньше и обременения для крестьян. У кого из крестьян есть деньги, тот купит себе землю. У кого их нет — так нече¬го и обязывать покупать ее. Это будет только разорять их. Выкуп — та же покупка».

Нужна была именно гениальность Чернышевского, чтобы тогда, в эпоху самого со-вершения крестьянской реформы (когда еще не была достаточно освещена она даже на Западе), понимать с такой ясностью ее основной буржуазный характер, — чтобы пони-мать, что уже тогда в русском «обществе» и «государстве» царили и правили общест-венные классы, бесповоротно враждебные трудящемуся и безусловно предопределяв-шие разорение и экспроприацию крестьянства. И при этом Чернышевский понимал, что существование правительства, прикрывающего наши антагонистические общественные отношения, является страшным злом, особенно ухудшающим положение трудящихся.

«Если сказать правду, — продолжает Волгин, — пусть лучше будут освобождены без земли». (То есть если так сильны у нас крепостники-помещики, пусть лучше высту-пают они открыто, прямо и договаривают до конца, чем прятать эти же крепостниче-ские интересы под компромиссами лицемерного абсолютного правительства.)

«Вопрос поставлен так, что я не нахожу причин горячиться даже из-за того, бу-дут или не будут освобождены крестьяне; тем меньше из-за того, кто станет осво-бождать их, либералы или помещики. По-моему, все равно. Помещики даже лучше».

- 315 -

 

 

 

В. И. ЛЕНИН
Из «Писем без адреса»: «Толкуют: освободить крестьян... Где силы на такое дело? Еще нет сил. Нельзя приниматься за дело, когда нет сил на него. А видите, к чему идет: станут освобождать. Что выйдет — судите сами, что выходит, когда бе-решься за дело, которого не можешь сделать. Испортишь дело — выйдет мер-зостъу>ш.
Чернышевский понимал, что русское крепостническо-бюрократическое государство не в силах освободить крестьян, т. е. ниспровергнуть крепостников, что оно только и в состоянии произвести «мерзость», жалкий компромисс интересов либералов (выкуп — та же покупка) и помещиков, компромисс, надувающий крестьян призраком обеспече-ния и свободы, а на деле разоряющий их и выдающий с головой помещикам. И он про-тестовал, проклинал реформу, желая ей неуспеха, желая, чтобы правительство запута-лось в своей эквилибристике между либералами и помещиками и получился крах, ко-торый бы вывел Россию на дорогу открытой борьбы классов.
А наши современные «демократы» теперь — когда гениальные провидения Черны-шевского стали фактом, когда 30-летняя история беспощадно опровергла всяческие экономические и политические иллюзии — славословят по поводу реформы, усматри-вают в ней санкцию «народного» производства, ухитряются почерпать из нее доказа-тельство возможности какого-то такого пути, который бы обошел враждебные трудя-щемуся общественные классы. Повторяю, отношение к крестьянской реформе — самое наглядное доказательство того, как наши демократы глубоко обуржуазились. Эти гос-пода ничему не научились, а забыли они очень и очень многое.
Для параллели возьму «Отечественные Записки» за 1872 г. Я приводил уже выше выписки из статьи «Плутократия и ее основы» насчет тех успехов по части либерализ-ма (прикрывавшего собой плутократические интересы), которые сделало русское об-щество в первое же десятилетие после «великой освободительной» реформы.

- 316 - 

 

ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА» 293

Если раньше часто попадались люди, — писал тот же автор в той же статье, — хны-кавшие по поводу реформ и оплакивавшие старину, то теперь уж таких нет. «Всем по-нравились новые порядки, все смотрят весело и спокойно», и автор показывает далее, как и литература «сама делается органом плутократии», проводя плутократические ин-тересы и вожделения «под покровом демократизма». Всмотритесь повнимательнее в это рассуждение. Автор недоволен тем, что «все» довольны новыми порядками, соз-данными реформой, что «все» (представители «общества» и «интеллигенции», конечно, а не трудящиеся) веселы и спокойны, несмотря на очевидные, антагонистические, бур¬жуазные свойства этих новых порядков: публика не замечает, что либерализм прикры¬вает только «свободу приобретения», и, разумеется, приобретения на счет массы тру¬дящихся и в ущерб ей. И он протестует. Именно этот протест, характерный для социа¬листа, и ценен в его рассуждении. Заметьте, что этот протест против прикрытого демо¬кратизмом плутократизма противоречит общей теории журнала: они ведь отрицают ка¬кие бы то ни было буржуазные моменты, элементы и интересы в крестьянской рефор¬ме, отрицают классовый характер русской интеллигенции и русского государства, от¬рицают существование почвы для капитализма в России — и тем не менее не могут не чувствовать, не осязать капитализма и буржуазности. И поскольку «Отечественные За¬писки», чувствуя антагонистичность русского общества, воевали с буржуазными либе¬рализмом и демократизмом, — постольку они делали дело, общее всем нашим первым социалистам, которые хотя и не умели понять этой антагонистичности, но сознавали ее и хотели бороться против самой организации общества, порождавшей антагонистич¬ность; — постольку «Отечественные Записки» были прогрессивны (разумеется, с точки зрения пролетариата). «Друзья народа» забыли об этой антагонистичности, утратили всякое чутье того, как «под покровом демократизма» и у нас, на святой Руси, прячутся чистокровные буржуа; и потому теперь они реакционны (по отношению к пролетариа¬ту), так

- 317 -

 

 

 

В. И. ЛЕНИН
как замазывают антагонизм, толкуют не о борьбе, а о примирительной культурниче-ской деятельности.
Неужели, однако, господа, российский яснолобый либерал, демократический пред-ставитель плутократии в 60-х годах, перестал быть идеологом буржуазии в 90-х годах только оттого, что его чело подернулось дымкой гражданской скорби?
Неужели «свобода приобретения» в крупных размерах, свобода приобретения круп-ного кредита, крупных капиталов, крупных технических улучшений перестает быть ли¬беральной, т. е. буржуазной, при неизменности данных общественно-экономических отношений, только оттого, что она заменяется свободой приобретения мелкого кредита, мелких капиталов, мелких технических улучшений?
Повторяю, они не то чтобы перешли к другому мнению под влиянием радикальной перемены взглядов или радикального переворота наших порядков. Нет, они просто за-были.
Утратив эту единственную черту, которая делала некогда их предшественников про¬грессивными, несмотря на всю несостоятельность их теорий, несмотря на наивно-утопическое воззрение на действительность, «друзья народа» за весь этот промежуток времени ровно ничему не научились. А между тем, даже независимо от политико-экономического анализа русской действительности, одна уже политическая история России за эти 30 лет должна бы научить их многому.
Тогда, в эпоху 60-х годов, сила крепостников была надломлена: они потерпели, правда, не окончательное, но все же такое решительное поражение, что должны были стушеваться со сцены. Либералы, напротив, подняли голову. Полились либеральные фразы о прогрессе, науке, добре, борьбе с неправдой, о народных интересах, народной совести, народных силах и т. д., и т. д. — те самые фразы, которыми и теперь, в минуты особого уныния, тошнит наших радикальных нытиков в их салонах, наших либераль¬ных фразеров на их юбилейных обедах, на страницах их журналов и газет.

- 318 -

 

 

 

ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА» 295

Либералы оказались настолько сильны, что переделали «новые порядки» по-своему, — далеко не совсем, конечно, но в изрядной мере. Хотя и тогда не было на Руси «ясного света открытой классовой борьбы», но все-таки было посветлее теперешнего, так что даже те идеологи трудящегося класса, которые понятия не имели об этой классовой борьбе, которые предпочитали мечтать о лучшем будущем, чем объяснять мерзкое на-стоящее, даже они не могли не видеть, что за либерализмом прячется плутократия, что эти новые порядки — порядки буржуазные. Именно устранение со сцены крепостни-ков, не отвлекавших внимание на еще более вопиющие злобы дня, не мешавших рас-сматривать новые порядки в чистом (сравнительно) виде, и позволяло рассмотреть это. Но тогдашние наши демократы, умея осуждать плутократический либерализм, не уме-ли, однако, понять и научно объяснить его, не умели понять его необходимости при ка-питалистической организации нашего общественного хозяйства, не умели понять про-грессивности этого нового уклада жизни сравнительно со старым, крепостническим, не умели понять революционной роли порождаемого им пролетариата — и ограничива¬лись «фырканьем» на эти порядки «свободы» и «гуманности», считали буржуазность какой-то случайностью, ждали, что должны еще в «народном строе» открыться другие какие-то общественные отношения.

И вот, история показала им эти другие общественные отношения. Крепостники, не совсем добитые реформой, так безобразно изуродованной их интересами, ожили (на час) и показали наглядно, каковы эти другие наши общественные отношения, помимо буржуазных, показали в форме такой разнузданной, невероятно бессмысленной и звер-ской реакции, что наши демократы струсили, присели, вместо того, чтобы идти вперед, перерабатывая свой наивный демократизм, умевший чувствовать буржуазность, но не умевший понять ее, в социал-демократизм, — пошли назад, к либералам, и гордятся теперь тем, что их нытье.., т. е., я хотел сказать, их теории и программы разделяет «вся серьезная

- 319 -

 

 

 

В. И. ЛЕНИН
и порядочная печать». Казалось бы, урок был очень внушительный: становилась слиш-ком очевидной иллюзия старых социалистов об особом укладе народной жизни, о со-циалистических инстинктах народа, о случайности капитализма и буржуазии, казалось бы, можно уже прямо взглянуть на действительность и открыто признать, что никаких других общественно-экономических отношений кроме буржуазных и отживающих крепостнических в России не было и нет, что поэтому не может быть и иного пути к социализму, как через рабочее движение. Но эти демократы ничему не научились, и наивные иллюзии мещанского социализма уступили место практичной трезвенности мещанских прогрессов.
Теперь теории этих идеологов мещанства, когда они выступают в качестве предста-вителей интересов трудящихся, прямо реакционны. Они замазывают антагонизм со-временных русских общественно-экономических отношений, рассуждая так, как будто бы делу можно помочь общими, на всех рассчитанными мероприятиями по «подъему», «улучшению» и т. д., как будто бы можно было примирить и объединить. Они — реак-ционны, изображая наше государство чем-то над классами стоящим и потому годным и способным оказать какую-нибудь серьезную и честную помощь эксплуатируемому на¬селению.
Они реакционны потому, наконец, что абсолютно не понимают необходимости борьбы и борьбы отчаянной самих трудящихся для их освобождения. У «друзей наро-да», например, так выходит, что они и сами всё, пожалуй, устроить могут. Рабочие мо-гут быть спокойны. Вон в редакцию «Р. Б—ва» уж и техник пришел, и они чуть было совсем не разработали одну из «комбинаций» по «введению капитализма в народную жизнь». Социалисты должны РЕШИТЕЛЬНО и ОКОНЧАТЕЛЬНО разорвать со всеми мещанскими идеями И теориями — ВОТ ГЛАВНЫЙ ПОЛЕЗНЫЙ УРОК, ко-торый должен быть извлечен из этого похода.
Прошу заметить, что я говорю о разрыве с мещанскими идеями, а не с «друзьями на-рода» и не с их иде-

- 320 -

 

 

 

 



Источник: http://ussr-cccp.moy.su/index/biblioteka_sssr/0-19
Категория: Собрания сочинений | Добавил: soviet-union-ussr (21.09.2017) | Автор: Орлов-СССР E W
Просмотров: 30 | Теги: В. И. ЛЕНИН, ссср, В. И. ЛЕНИН - Полное собрание сочин | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
avatar

Вход на сайт

Поиск

Друзья сайта

  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • База знаний uCoz
  • Favicon.ru - создание фавиконов,
    1

    © 2017 http://ussr-cccp.moy.su 
    При использовании материалов сайта прямая, активная ссылка на источник обязательна!